Эверест: путь к вершине и предел человеческого тела
Есть вещи, которые человек делает, потому что надо: построить дом, заработать денег, починить машину. А есть Эверест — почти девять километров высоты, где температура уходит далеко за минус, ветер способен сбить человека с ног, а воздух наверху содержит примерно треть кислорода, к которому мы привыкли на уровне моря. И тем не менее сотни людей раз за разом решали: «А давайте залезем». Некоторые вернулись. Некоторые — нет. И самое интересное в этой истории начинается не на вершине, а с вопроса — зачем вообще нормальному человеку туда лезть.
Белое пятно на карте
В начале XX века для европейцев Эверест был практически белым пятном: нормальной карты района не существовало, местность была почти не изучена, и никто толком не понимал, способен ли человек вообще выжить на высоте почти девять тысяч метров. В 1921 году британская разведывательная экспедиция впервые всерьёз занялась поиском путей к вершине. Это была не история «давайте покорим красивую гору», а скорее — «там есть что-то огромное, мы не знаем, как туда попасть, давайте выясним».
Джордж Мэллори и гора, которая не отпускает
Главным героем 1920-х годов стал британец Джордж Мэллори. Когда его спросили, зачем он хочет подняться на Эверест, ему приписывают ставший знаменитым ответ: «Потому что он есть». В 1924 году Мэллори снова пошёл вверх — вместе с молодым напарником Эндрю Ирвайном, и оба исчезли высоко на горе. Их тела искали десятилетиями: Мэллори нашли лишь в 1999 году, а судьба Ирвайна и вопрос о том, добрались ли они до вершины прежде чем погибнуть, остаются одной из главных загадок в истории альпинизма. Эверест равнодушен к амбициям тех, кто на него поднимается, — и эта история напомнила об этом одной из первых.
1953 год: Хиллари, Тенцинг и почти состоявшийся провал
Первое подтверждённое восхождение на вершину состоялось 29 мая 1953 года — его совершили Эдмунд Хиллари и Тенцинг Норгей. Этому предшествовала огромная экспедиция: около 350 носильщиков, два десятка шерпов и десяток альпинистов при поддержке тонн снаряжения. А буквально за несколько дней до успеха двойка Тома Бурдиллона и Чарльза Эванса дошла до Южной вершины на высоте около 8748 метров, но из-за проблем с кислородным оборудованием и нехватки времени была вынуждена повернуть назад — не дойдя до истинной вершины примерно сто метров по вертикали. После стольких месяцев подготовки и всего пройденного пути услышать «ты почти дошёл, но не сегодня» — одна из самых тяжёлых вещей, которые вообще можно сказать человеку.
Последняя ночь перед вершиной
Перед решающим восхождением Хиллари и Тенцинг ночевали на высоте около 8500 метров. Температура опускалась примерно до −34°C, а ветер был настолько сильным, что Тенцинг сравнивал его рёв с рёвом тысячи тигров. Утром Хиллари обнаружил, что его ботинки, оставленные снаружи спального мешка, замёрзли, — пришлось отогревать их на примусе перед решающим штурмом вершины. Даже в историческую экспедицию, где ты вот-вот станешь первым человеком на крыше мира, находится место для одной досадной бытовой мелочи.
Шерпы — тоже покорители Эвереста
В красивых историях о покорении гор часто забывают о тех, без кого большая часть экспедиций выглядела бы совершенно иначе, — о шерпах. Именно они прокладывают маршруты, переносят грузы, устанавливают лагеря и проводят альпинистов через самые опасные участки. В экспедиции 1953 года Тенцинг Норгей был далеко не просто «местным помощником»: он был одним из сильнейших альпинистов экспедиции и в итоге тем, кто вместе с Хиллари оказался на вершине. Эверест не покоряют два человека с рюкзаками — за каждым успешным восхождением стоит огромная команда.
Зона смерти и предел человеческого тела
На уровне моря воздуха достаточно, чтобы организм работал спокойно; в районе базового лагеря на Эвересте доступно уже примерно половина этого количества, а выше 8000 метров начинается так называемая «зона смерти», где кислорода доступно около трети от уровня моря. Тело пытается компенсировать нехватку — сердце бьётся чаще, дыхание учащается, растёт число эритроцитов, — но выше зоны смерти речь идёт уже не о нормальной жизни, а о гонке на выживание: ухудшается координация и способность принимать решения, быстрее наступает усталость, может появляться спутанность сознания. National Geographic описывает эту высоту как место, где тело и психика серьёзно страдают от нехватки кислорода, а обычные процессы организма постепенно нарушаются. Именно поэтому там, наверху, человек идёт как старый дизель зимой: шаг, пауза, ещё шаг, дыхание, — и несколько десятков метров могут занимать огромное количество времени.
Восхождение без кислорода
В 1978 году Райнхольд Месснер и Петер Хабелер поднялись на Эверест вообще без дополнительного кислорода — то, что до тех пор считалось практически невозможным: на высоте вершины человек и так вдыхает лишь около 30% кислорода от уровня моря. Но стоило человечеству покорить Эверест с кислородными баллонами, как обязательно нашёлся тот, кто сказал: «А теперь давайте без него».
Спуск — самое опасное место
Дойти до вершины и сделать фотографию — это ещё не конец. Впереди спуск, а кислорода уже мало, силы на исходе, и организм работает на остатках ресурсов, пока внизу ждут ещё километры льда, снега, трещин и крутых склонов. Немало людей в истории Эвереста погибли именно на спуске, когда сил уже не осталось, — и это одна из причин, почему высота выше 8000 метров так опасна: ты можешь быть в нескольких минутах от исполнения мечты и одновременно в нескольких часах от катастрофы.
Гора, которая никому ничего не должна
Зачем вообще туда идут? Простого умного ответа тут нет: кому-то нужно проверить себя, кому-то — риск, кому-то важно сделать то, чего не делал раньше, для кого-то это спорт или личная война с самим собой. Человечество вообще довольно странный вид: сначала боялись океана — построили корабли, боялись неба — сделали самолёты, смотрели на Луну — построили ракету, а потом посмотрели на девятикилометровую гору и решили, что туда тоже можно забраться. Но гора никому ничего не должна: она не станет легче оттого, что ты знаменит, и не станет ниже оттого, что ты богат. Эверест просто стоит — холодный, огромный и совершенно равнодушный. Поэтому самая честная причина лезть туда, пожалуй, не в том, что гора должна покориться человеку, а в том, что человеку иногда хочется проверить, на что способен он сам. Правда, желательно — с хорошими ботинками, убранными на ночь в спальник: Хиллари в своё время едва не поплатился за обратное.
